42. Затишье Перед Штормом. Сандему Маргит




Русское название: Книга 42. Затишье Перед Штормом. Сандему Маргит

Шведское название: Lugnet före stormen

Автор: Сандему Маргит

Жанр: Фэнтези, Фантастика

Серия:  Люди Льда [42]

Год издания: 1988




О книге:

В этом томе Саги рассказывается о наступающем затишье перед главной битвой Людей Льда с Тенгелем Злым. Основная цель обеих сторон — набраться сил и выведать планы друг друга. У Людей Льда есть хорошие помощники, но у Тенгеля Злого есть свои темные силы.

 

1

Звали его Мораган. Ирландец по происхождению, Мораган жил в Ливерпуле. Внимательно вслушивался в слова врача, и все никак не мог взять в толк о чем, собственно, идет речь:

— Мораган, как долго Вам пришлось работать с асбестом?

— С четырнадцати лет.

— Сейчас Вам тридцать. Получается шестнадцать.

В лаборатории стало тихо.

«Какая жалость», — думал врач, внимательно разглядывая пациента. Такой привлекательный мужчина. Не слишком высок, хорошего телосложения. Сильные руки. Темные блестящие глаза, черные волосы. Небольшое, слегка квадратное лицо. Весь образ мужчины говорил о большой силе и внутренней энергии. Но… Черты лица обострились. Морагана мучил кашель. Щеки впали. Нездоровый блеск в глазах, лицо приобрело пергаментный оттенок.

— Может, попробуем облучение? — мягко проговорил врач.

— Чтобы еще больше обострить боли? Облысеть и потерять силы? Не кажется ли Вам, что все это напрасно?

Врач предпочел не отвечать на вопрос прямо:

— Знаете, в последние годы у нас было много подобных случаев. Мы уже давно бьем тревогу, только руководство предприятия не обращает на это никакого внимания. Они зарабатывают хорошие деньги. Простые рабочие для них ничего не значат. Да и разве может асбест быть вреден для здоровья? Ерунда какая! С асбестом работают уже много лет. Так почему же теперь вдруг начинают заболевать раком?

«Вся причина именно в нем», — заключил врач про себя. «Асбест разрушает организм постепенно. Поэтому на случаи заболевания раком стали обращать внимание совсем недавно. Неужели они этого не понимают?!»

Он взглянул Морагану в глаза и увидел хорошо знакомое выражение. Врач знал, о чем сейчас думал больной, — вот он, первый шаг к концу. И думал больной, скорее всего, вот о чем: «Ничего. Я не умру. Доктор несет чушь. Я просто не могу умереть. Небольшое расстройство здоровья, ничего страшного. Болезнь меня не сломит. Я выживу…»

— Операция?

Врач покачал головой:

— Болезнь зашла слишком далеко. Поздно.

В кабинете слышалось только напряженное дыхание Морагана. Дышал он отрывисто, с трудом. Именно потому и пришел на прием к врачу. На боль старался не обращать внимания. Только теперь больной понял, что ждал непростительно долго.

Как же не хотелось умирать! Нет, он выживет!

Не успев как следует все осмыслить, он уже спрашивал:

— Сколько же мне осталось?

Врач только вздохнул:

— На такой вопрос ответить очень сложно.

— Год?

— Вряд ли. Считанные месяцы. Но не недели.

— Я понял. Смогу ли я уехать? Выдержу ли?

— Все зависит от того, куда и насколько Вы планируете уехать.

Домой, в Ирландию? В нищий рабочий квартал Дублина? С этим городом его больше ничего не связывало. Отчий дом Мораган покинул еще подростком, уехав искать счастья в Англию. В Англии, однако, его ожидало то же самое. Родители умерли, братья и сестры разъехались кто куда.

Неожиданно для самого себя, сказал:

— Я хотел съездить на родину матери, в Норвегию Она много рассказывала о том, насколько красива эта страна. Думаю, она бы обрадовалась, если бы узнала, что я решил съездить на ее родину. Так я выдержу поездку?

— Такая поездка не пройдет бесследно. Вы будете все время слабеть… Когда вернетесь, я определю Вас в одно место. В больницу или, если хотите, в пансионат.

«Как мне знакомо это спокойствие», — опять подумал врач. — «Он не смирился, смертный приговор пока ничего для него не значит. И все же ему придется пройти все стадии болезни. А жаль! Такой симпатичный парень! И так не похож на остальных… Сильный, уверенный в себе… Просто непостижимо!»

— До свидания! — Мораган был уже у двери.

«А взгляд несколько торжествующий. — Мы еще увидимся, доктор! И как же Вы удивитесь, когда я приеду совершенно здоровым!»

— До свидания, — вежливо попрощался доктор.

Мораган упаковывал вещи в только что купленный чемодан. Не из самых дорогих, но весьма элегантный на вид. Вещи после прачечной выглядели как новые. Свитер, ведь в Норвегии должно быть холодно. Во всяком случае, так говорят. Чуть не забыл купить пижаму, так как никогда ее не носил.

Уходя с завода, Мораган так и не получил никаких дополнительных выплат. Однако за годы работы парню удалось скопить некоторую сумму, которую он решил израсходовать на поездку. «Расходы на похороны придется взять на себя другим», — с горечью подумал он. С мыслью о смерти Мораган так и не смирился. И о похоронах думал отстраненно — так, словно речь шла не о нем, Яне Морагане, а о совершенно чужом, незнакомом человеке. Ян Мораган… Нет, этот умирающий ему незнаком. Какой-то неизвестный. Лично он собирался выздороветь, победить. Тут и обсуждать нечего.

Врач верно почувствовал состояние пациента.

Ян отложил старое письмо.

Письмо предназначалось матери, было написано ее сестрой, живущей в Норвегии. Верно, в этой стране у него масса родственников. Однако Ян был вовсе не уверен в том, что хочет их увидеть. Сидеть и с искусственным воодушевлением обсуждать блюда, подаваемые кузену Яну… Или как они теперь будут его называть?

Ему надо было побыть одному. Собраться с силами, победить болезнь.

Мораган снова вышел в город. Миновал бар, в котором обычно собирались ирландцы. Видеть никого не хотелось.

Как странно! У него совсем не щемило сердце, когда он в последний раз проходил по знакомым улицам. Нет, он не будет скучать. Да и не было у него такого чувства, словно все это в «последний раз». Хорошо ли ему здесь? Работал он на совесть. Хотя, конечно, про него могли сказать, что он зря разбазаривал время. Да и чего он добился в жизни? В школе учился плохо. А ведь позже еще можно было все исправить. Но свободное время утекало, да он и не пытался себя чем-либо занять.

Однако, если подумать о сегодняшнем положении… Наверно, Мораган поступил правильно, не тратя время на бесполезное образование.

Решение поехать в Норвегию пришло не случайно: мать всегда разговаривала с детьми на родном языке, и Ян думал, что еще не забыл его. Ведь все, выученное в детском возрасте, запоминается намного тверже. Стоит только заставить себя вспомнить.

Мораган вздохнул так, что в груди защемило. Да, он готов к поездке.

Странник сказал правду: Тенгель Злой постепенно просыпался. Чисто физически он не мог этого сделать, так как его скованное тело все еще находилось в Богом забытой пещере в лесах Харца, в такой непроглядной глуши, что даже лиса и барсук не всегда находили туда дорогу. А если и оказывались там, то морщили морды и старались побыстрее убраться — такая ужасающая вонь шла из пещеры Тенгеля.

Однако мыслить Тенгель мог. И мысли крутились, вертелись…

В долине Людей Льда тишина. Разве что забредет какой-нибудь турист. Тогда Тенгель гнал его из долины, воздействуя на мысли человека.

Иногда в долину наведывались и другие гости. Тенгель не мог понять, кто они и откуда, но он сразу же невзлюбил их. Временами над его долиной пролетали птицы — молодые, еще не успевшие как следует опериться. Они были огромны, и так ужасно галдели, что у Тенгеля начинала кружиться голова, и стоял звон в ушах. А однажды он увидел человека — там, внутри механического монстра. Этого Тенгель понять не мог. И это раздражало его больше всего.

В ту ночь, последнюю ночь апреля, и одновременно первую майскую ночь 1960 года, Тенгель находился в особом возбуждении. И вовсе не из-за этих глупых «птиц», а совсем по другой причине. Он, как и обычные люди, называл глупым то, чего сам не понимал.

Проклятие! Проклятие! Он совершенно не может пошевелиться. Пусть проклят будет тот день, когда он дал себя усыпить. А как давно это было! В 1200-х годах. И проклят будь волшебный корень, что так вероломно внушил ему, Тенгелю, что время его еще не наступило. Проклята будь церковь! Ведь именно из-за нее он колебался. Будь проклят Таргенур и Ловец крыс, обманувшие его с помощью флейты! Будь проклят Таргенур, вторично усыпивший Тенгеля!

Больше всего Тенгеля удручало то, что он перестал чувствовать опасность. Странствуя по земле так и не смог взять власть в свои руки. Ладно, пусть религия была сильна. Но Злой Тенгель обладал большей властью.

Если б только волшебный корень ему не препятствовал!

В ту ночь… В ту ночь… Он шел по Линде-аллее — просто так, чтобы проверить, все ли в порядке.

Что-то было не так. Скорее всего это что-то произошло еще до их отъезда, или что-то около того.

Мысль работала напряженно. Теперь он мыслями в Волденсе. Никого. Кроме той придурковатой супружеской пары, пребывающей в глубоком сне.




Тенгель двинулся дальше. Проверил все места, где имели обыкновение селиться или путешествовать эти отвратительные потомки Людей Льда.

Никого. Ни души! Всюду пусто! Тенгель не мог ощутить никаких следов присутствия строптивых предков!

Ладно, нечего даже думать об этих проклятых перебежчиках! Отмеченных, изменивших самим себе.

Все вокруг мертво. И тихо как в могиле. Словно на земле не осталось ни одного врага.

А может, они решили перехитрить его? Верно, так оно и есть. Значит, снова обрели веру. Но кто мог перехитрить его, злого духа Тан-гиля, властителя мира?! Ах, только бы захватить власть.

Теперь уже недолго. Каждой клеточкой тела, всем своим существом Тенгель ощущал, как приходит его время. Однако время пробуждения еще не наступило. Но в этот раз его время придет окончательно и бесповоротно. Его ничто не сможет остановить. Этой проклятой, усыпляющей флейты больше не существует. Больше он ни за что не даст усыпить себя снова, больше он не погрузится в эту унизительную дрему.

Так дрожи, земля! Не просто дрожи, а дрожи и трясись от страха и ужаса. Берегитесь и вы, дерзкие потомки Людей Льда. Берегитесь! Вы не подчинились моему приказу тогда, много сотен лет тому назад, когда я еще обитал в долине Людей Льда!

Но где же они?

Тенгель искал их глазами, взгляд его проникал сквозь ночную тьму и густой туман, пронизывал время и пространство. Он должен, просто обязан найти их! И уничтожить!

Но где же они? Где? Где укрылись его восставшие потомки?

В большом зале Горы Демона, там, куда не мог проникнуть взгляд Тенгеля. Там собрались его потомки. Все, кто решился на борьбу. Они пришли к Туле и ее четырем демонам. Приходили группами, парами. Живые вместе с уже умершими.

Не пришли только те, кто последовал по стопам Злого Тенгеля. Пришли и Таран-гаи, представители закабаленного народа. Марко и его черные ангелы. Фигуры остальных скрывались в тени. Все — союзники открытых и честных представителей рода Людей Льда. Но… В то же время опасные, коварные, никому не известные…

Внимание всех собравшихся было обращено к одному человеку, стоявшему на возвышении. Однако каждым владели разные чувства. На возвышении стоял тот, кого звали Руне.

Многие были удивлены. Да, они слышали о Руне, товарище Йонатана по подпольной работе во время Второй мировой войны. Да, он оказал помощь Карине, во всем поддерживал Йонатана, даже пожертвовал жизнью. Однако мало кто знал Руне. Жизнь его была так коротка, что воспринималась многими не более как трагический эпизод в истории рода.

… И вот Руне снова с ними.

Небольшая группа, собравшаяся около возвышения, то плакала, то смеялась. Тут были Хейке, Хеннинг, Дида и Таргенур. А также Ингрид, Суль, Маттиас, Даниель, Бенедикте и Андре. Даже Натаниель.

— Может, кто-нибудь объяснит, в чем дело? — послышался голос из зала.

Собравшиеся стояли полукругом, так, что Руне, Тула и Дида остались на возвышении одни.

Темные волосы практически полностью скрывали некрасивое, вырубленное, словно из дерева, лицо Руне. Руки и ноги напоминали грубо обтесанные куски дерева. Пальцы на руках обрублены. Когда Руне двигался, создавалось впечатление, будто у него болят ноги. На нем были грубые коричневые ботинки, сильно поношенная одежда. На куртке и свитере виднелся след от пули, что оборвала его жизнь в концентрационном лагере, пробив грудь навылет.

Карине взглянула Руне в глаза. Она не забыла, как они сияли тогда, в грузовике. Или, может, это было в купе поезда? Скорее всего, и там, и там. Она помнила, как он утешал ее, в купе вагона, крепко прижав к себе. И как это было странно и необычно…

И только теперь Карине поняла. Она уже в то время почувствовала, кем Руне был на самом деле.

А вот Мари так ничего и не поняла. Она решила, что Руне появился снова для того, чтобы наказать ее за то, как она с ним обошлась, что отвернулась от него с отвращением.

На самом деле Руне такие мысли даже в голову не приходили.

Все в зале находились под впечатлением сказанного Тулой:

«За то, что Руне сегодня с нами, мы должны благодарить Черных Ангелов. Руне старше вас всех вместе взятых. Он старше Адама и Евы… Но Руне с первого дня решил следовать за Людьми Льда, помогать нам в борьбе со злым роком — прародителем рода, Злым Тенгелем».

Габриель только теперь понял, кем на самом деле был Руне. Руне был не кем иным как волшебным корнем мандрагоры. А Черные Ангелы подарили ему человеческое обличье… У Габриеля закружилась голова. Маленький корень… Как он смог превратиться в человека?

Скоро Габриель смирился с этой мыслью; на сердце стало тепло и спокойно. И все же при виде убогой фигуры, стоявшей на возвышенности, комок застревал в горле. И тем не менее парень был горд, что именно представители его рода смогли вдохнуть жизнь в корень.

— Что ж, Руне, нам бы хотелось услышать твой рассказ, — мягко произнесла Дида.

— Да, — поддакнула Тула. — Где ты появился на свет? На Голгофе?

— Нет, — попытка улыбнуться далась Руне нелегко. Говорили, что ему трудно растягивать рот в улыбку. Во-первых, потому, что сделан-то он был из дерева. И потом, рассказ о себе причинял боль.

— Я еще старше. Я — первый, настоящий волшебный корень мандрагоры.

Слушатели затаили дыхание.

Увидев, что Руне тяжело стоять, Дида пододвинула к нему высокий «трон». Благодарно кивнув, Руне сел.

— Нет, обычный корень мандрагоры никогда не смог бы сделать того, что сделал я, — он говорил медленно, удивительно чистым голосом. — Корень мандрагоры — могущественный талисман, но ни один из них не может самостоятельно передвигаться, видеть, слышать или мыслить. Я же обладал этими возможностями, еще будучи корнем. Сейчас я обрел человеческий образ, а вместе с ним и речь. Я с удовольствием расскажу о себе. Ведь вы все мои друзья.

Габриель заметил, как корень бросил быстрый взгляд наверх. Во взгляде не было страха, он был, скорее, несколько лукав. Там, наверху, стояла такая же тишина, что и в зале. Все приготовились внимательно слушать.

Руне начал свой рассказ:

— Я был большим и красивым растением. Вырос я в далекой восточной стране, в красивом лесу. Этот лес или, скорее, рощу, прозвали Эдемским садом. В этом саду росли чудесные растения и деревья. Водились там также и разные звери. Там было просто чудесно! Думаю, другого такого места в мире не найти.

— А правда ли что ты до сих пор скучаешь по Райской земле? — не удержался Габриель.

— Да, Габриель, это правда.

«Надо же, он знает мое имя», — пронеслось в голове у мальчика. — Но где же находится Рай? Где он, этот Эдемский сад?

Руне печально улыбнулся:

— Не знаю, дружок. Кто-то говорит, что на Цейлоне, другие же утверждают, что это совсем недалеко от Персии. Никто точно не знает его местонахождения.

— Что ж, я съезжу на Цейлон и привезу оттуда немного земли для тебя.

— Спасибо тебе, Габриель.

Руне вернулся к прерванному рассказу: — Сторожем в этом чудном саду был назначен сам светлый ангел Люцифер. В то время я, конечно же, ничего этого не знал, ведь я был всего-навсего растением. Я мог чувствовать, но все же главным тогда для меня были солнце, почва и вода.

Темные глаза Руне смотрели задумчиво:

— И я не знал, что у Люцифера был свой начальник. Но в один прекрасный день… В сад пришел некто.

И тогда тот, кому поклонялись все звери и растения, спрятался под деревом, словно искал что-то. И напряженно думал. «Он решил сотворить нечто новое», — прошептало Древо Познания. «Нас ему уже недостаточно. Он хочет сотворить высшее существо, которое бы стало жить в нашем саду».

Высокий господин взял в руку камни и мелких животных. Подержав, отложил в сторону одного за другим. Пошарив руками в буйной растительности, он нашел меня. «Именно так», — сказал Его голос. — «Из этого растения Я сотворю того, кого пожелаю».

Он вырвал меня из земли. Руки его мяли меня до тех пор, пока я не стал походить на Него самого. Он долго вертел меня в руках, что-то подправляя… Я весь дрожал в его руках, чувствуя, что меня предназначили для чего-то великого. И тогда я поклялся, что буду этого достоин. Я почувствовал, что начинаю понимать и ощущать больше чем когда-либо. Великий вобрал в себя воздух, готовясь вдохнуть в меня жизнь…




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Enter the text from the image below