29. Любовь Люцифера. Сандему Маргит




Русское название: Книга 29. «Любовь Люцифера»

Шведское название: Lucifers kärlek

Автор: Сандему Маргит

Жанр: Фэнтези, Фантастика

Серия:  Люди Льда [29]

Год издания: 1986

 

О книге: «Любовь Люцифера»

Книга продолжает повествование о Людях Льда современной норвежской писательницы. Напряженное, захватывающее действие происходит в 1870-х годах. Оставшись без родителей, Сага — «меченая» из рода Людей Льда — отправляется в Липовую аллею к родственникам. По дороге из Швеции в Норвегию она встречает свою любовь, которая полностью изменяет ее судьбу.




Давным-давно, много столетий тому назад, отправился Тенгель Злой в безлюдные места, чтобы продать душу Сатане.

От него и пошел род Людей Льда.

Ему были обещаны мирские блага, но за это хотя бы один из его потомков в каждом поколении должен служить Дьяволу и творить зло. Признаком таких людей должны быть желтые кошачьи глаза, и они будут обладать колдовской силой. И однажды родится тот, который будет наделен сверхъестественной силой. Такой в мире никогда не было.

Проклятие над родом будет висеть до тех пор, пока не будет найдено место, где Тенгель Злой закопал котел, в котором он варил колдовское зелье, чтобы вызвать дух Князя Тьмы.

Так гласит легенда.

Но это не вся правда.

На самом же деле случилось так, что Тенгель Злой отыскал родник жизни и испил воду зла. Ему была обещана вечная жизнь и власть над человечеством. Вот за это он продал своих потомков дьяволу. Но времена были плохие, и он решил погрузиться в глубокий сон до наступления лучших времен на земле. Упомянутый сосуд представлял собой высокий кувшин с водой зла. Его-то он распорядился закопать. Теперь ему самому пришлось нетерпеливо дожидаться сигнала, который должен разбудить его.

Но однажды в шестнадцатом веке в роду Людей Льда родился мальчик, который пытался творить добро вместо зла, за что его назвали Тенгелем Добрым. Эта сага повествует о его семье, или, вернее, о женщинах его рода.

Одной из потомков Тенгеля Злого — Шире — удалось добраться в 1742 году до родника жизни и принести чистой воды, которая нейтрализует действие воды зла. Однако, никто еще не смог отыскать зарытый сосуд. Страшно, что Тенгель Злой проснется до того, как сосуд будет найден. Никому не известно, что может его разбудить и каков он из себя.

Стало известно, что Тенгель Злой скрывается где-то в Южной Европе, а также и то, что разбудить его может волшебная флейта.

Вот почему все Люди Льда так боятся флейты.

 

1

 

Эта местность в северной Исландии называлась Диммуборгир — «Черная крепость», и ее таинственность внушала страх даже самым здравомыслящим людям. В туманную, дождливую погоду человек чувствовал себя здесь как в мире жутких сказок. Огромные каменные глыбы и замшелые скалы, напоминали колонны. Казалось, когда-то, в давние времена, полчища троллей, застигнутые врасплох первыми лучами солнца, превратились в эти черные глыбы, или застыла здесь текущая лава извергающегося вулкана…

 

Местность Диммуборгир была пустынной. Поблизости находились участки Мивант и Намаскард, почти не заселенные людьми, также похожие на застывшую лаву. Пейзаж вокруг «черных крепостей» был скудным: горы и плоскогорья, сплошь покрытые застывшими пузырями растрескавшейся лавы.

 

В скалах Диммуборгира были глубокие пещеры, в которых поблескивала бурлящая вода: нередко ее температура достигала трехсот градусов, но иногда вода была теплой, в ней можно было купаться. Над холмами вокруг Миванта, насколько видел глаз, поднимались струйки пара. Во всем этом пейзаже была разлита величественная красота, сохранившаяся со времен сотворения мира и языческой древности, когда не было еще на земле ни людей, ни животных — только безмолвные камни, ветер и бесконечная пустота.

 

В одну из весен 1800-х годов — возможно, между 1840 и 1870-ми годами — в Диммуборгире что-то произошло. Никто точно не знал, когда именно и что именно случилось. Из уст в уста передавались лишь смутные слухи.

 

Те, кто жил неподалеку от Миванта, рассказывали о каком-то непонятном беспокойстве, об огромных стаях кричащих птиц. Но двое мужчин, проезжавших по плоскогорью верхом на своих маленьких крепких лошадях, знали больше. Они говорили, что не подъезжали слишком близко к Диммуборгиру. Но что-то видели там, и их лошади встали на дыбы…

 

Старинные рассказы отличались один от другого. Некоторые говорили о том, что эти мужчины видели стаи черных птиц, угрожающе круживших в небе. Другие — о каком-то темном пламени, окрашивающем лавовые скалы в кроваво-красный цвет. Говорили, что холмы и все вокруг дрожало от каких-то жутких криков, исходящих из самих недр…

 

Впрочем, пламя и содрогание почвы не были необычным явлением в этих местах. Скорее всего, это был один из тех подземных толчков, о которых рассказывают всякие небылицы. И с годами слухи превратились в своего рода предания.

 

Так почему же люди верили в них?

 

Потому что слухи эти наводили на всех жуткий страх. Потому что это была не обычная тревога по поводу нового извержения вулкана, это было нечто более захватывающее, как утверждали все. И это оставило глубокий отпечаток в душах людей. Но загадка оставалась неразгаданной. Хотя некоторые знали кое-что…

 

В печи весело трещал огонь. Комната в доме Коля и Анны-Марии Симон в окрестностях Вернберга, что в Уппланде, была теплой и уютной. Как-то прекрасным вечером, Анна-Мария сидела и штопала чулок в угасающем свете дня, а ее маленькая дочь Сага сидела и читала, как обычно. Коля не было дома, он выполнял поручение молодого Акселя Оксенштерна, владельца Вернберга, который часто жил в Стокгольме и исполнял там обязанности камергера при кронпринце. В связи с этим Колю Симону приходилось брать на себя часть обязанностей по ведению хозяйства в Вернберге — но не слишком много, поскольку Коль был уже немолодым, и Аксель Оксенштерн понимал это.

 

Сага вполне оправдывала свое имя, означающее по-шведски «сказка». Она выглядела как настоящая сказочная принцесса. Черные вьющиеся волосы и черты лица она унаследовала от своего отца — валлонца. Только глаза у нее были другого цвета: не темно-карие, казавшиеся черными, как у Коля, а светло-зеленые. Не желтые, как у меченых из рода Людей Льда. Сага была не меченой, а избранной. Все знали об этом с самого ее рождения, хотя никто в точности не мог сказать, каковы признаки этой избранности. Может быть, у нее была своего рода аура, которую, правда, никто не видел воочию, но каждый чувствовал? Разумеется, это очень беспокоило Коля и Анну-Марию! Избранные всегда следовали какому-то призыву в жизни, обладая для этого особыми данными. Это всегда был трудный призыв, стоивший человеку очень многого, нередко жизни. Вот почему Коль и Анна-Мария испытывали страх. Сама же Сага ни о чем не беспокоилась, воспринимая жизнь с тем спокойным достоинством, которое так импонировало ее родителям и в то же время пугало их. Она была на редкость любознательным ребенком, доводящим родителей до отчаяния своими «почему», хотя они старались отвечать ей по мере своих возможностей. К счастью, Анна-Мария была очень начитанной женщиной — в молодости она была учительницей, а теперь продолжала свое образование ради удовольствия.

 

Сага обладала какой-то странной смелостью, она понятия не имела, что такое страх, и поэтому попадала в ситуации, грозившие ей опасностью, если бы не вмешательство отца и матери. Она была очень доброй, старалась не обижать никого, заботилась о людях и о животных. Но именно эту ее великую доброту ко всему окружающему многие как раз и не понимали. Потому что над всеми ее качествами преобладало вышеназванное чувство собственного достоинства. Окружающие считали ее очень спокойной и холодной, чему во многом способствовали ее холодновато-зеленые глаза. Незнакомые люди нередко принимали ее за дворянку, холодную и чопорную, далекую от окружающих. Но это было совсем не так, Сага обладала своеобразным сдержанным юмором, светившимся в глубине ее глаз, но никогда не выплескивающимся наружу.

 

Страница 3 из 114

Она улыбалась редко, да и то лишь уголками рта, не больше. Но живые, точно сформулированные реплики свидетельствовали о ее чувстве юмора и интеллигентности. Колдовать она вообще не умела.

 

В детстве Сага казалась сказочной принцессой. Став же подростком, превратилась в красавицу.

 

В тот вечер, когда она сидела рядом с матерью перед печкой, ей было уже шестнадцать.

 

Она все еще задавала окружающим свои бесконечные вопросы, любопытство ее еще было беспредельным.

 

Оторвав взгляд от книги, она приподняла свои изогнутые брови и спросила:

 

— Мама, кто такой Люцифер?

 

Закончив штопку, Анна-Мария аккуратно скатала пару чулок и отложила их в сторону. Ей было только пятьдесят шесть лет. В ее когда-то темных волосах появились серебряные нити после того, как она двое суток рожала дочь.

 

— Ты спрашиваешь, кто такой Люцифер? Его не существует на самом деле. Обычно люди называют этим именем всяких мерзавцев и злоумышленников, но это всего лишь прозвище.

 

— Да, в книге так и говорится: «Ты сошел с ума! Ты просто Люцифер!»

 

— Да… — задумчиво произнесла Анна-Мария. — Может быть, это несправедливо. По отношению к настоящему Люциферу…

 

— Мне хотелось бы узнать об этом!

 

Анна-Мария мягко улыбнулась. Когда Саге не хотелось узнать что-то новое? Взглянув на чистый профиль, прекрасные волосы и лицо дочери, она подумала, что могла бы умереть от любви к собственному ребенку.

 

— Ты же знаешь, Сага, что многие саги, легенды и мифы рассказывают о библейских фигурах, и именно так обстоит дело с Люцифером.

 

— Но кто это такой?




Наморщив лоб, Анна Мария ответила:

 

— Трудно сказать, кто он такой, он менял так часто свое обличие, имел так много имен. Чтобы получить полное представление о нем, необходимо почитать Коран, персонажи которого имеют много общего с персонажами Библии.

 

Отложив книгу в сторону, Сага придвинула стул поближе к печке, подобрала под себя ноги и приготовилась слушать. Мать всегда была для нее важнейшим источником информации.

 

— И если собрать все сведения о нем, имеющиеся в Коране и в Библии, а также во множестве мифов, получится следующее: у Бога было множество ангелов… Я говорю «у Бога», понимая под этим нечто общее между нашим Богом и Аллахом…

 

Сага кивнула, она понимала это.

 

— И вот Господь Бог, Всевышний, дал Люциферу — или Хариту, как называет его Коран — прекраснейшую внешность и высокое положение в иерархии ангелов.

 

— Значит, он был ангелом?

 

— Да. Он был призван владычествовать над небом. И эту обязанность Люцифер выполнял столь хорошо, что Господь сделал его еще и управителем в Эдеме. Люцифер принадлежал к той разновидности ангелов, которая была создана из крайнего пламени. Все ангелы созданы из пламени, но эта разновидность ангелов была создана из пламени без дыма, самого крайнего пламени. Поэтому эти ангелы отличаются от всех остальных. В Коране эта разновидность ангелов называется джиннами.

 

Потом Господь сотворил землю. И первыми существами, получившими право там жить, были джинны. Но они не смогли жить мирно и стали убивать друг друга, и их кровь осквернила поля. И тогда Господь послал на землю Люцифера с войском ангелов. И Люцифер повел войну против джиннов и сбросил их в море и прогнал в горные ущелья. И тогда Люцифер почувствовал, что он прекраснее и сильнее всех остальных ангелов. Он совершил великий, незабвенный подвиг!

 

Сага впитывала рассказ матери всем своим существом. Она так любила слушать легенды и сказки!

 

— Потом Господь слепил из глины человека. Ведь должен же был кто-то жить в раю, из которого были изгнаны джинны. И он приказал всем ангелам, чтобы те почитали человека, которого он назвал Адамом. Но Люцифер отказался это сделать. Мог ли он, принадлежа к числу самых высоких ангелов, почитать существо, слепленное из глины? И Господь сказал: «Но ведь я же создал его своими собственными руками! Ты должен принимать все мои творения!»

 

Люцифер же — а имя его означает «несущий свет» — отказался пасть перед Адамом на колени. Он гордо заявил: «Я более ценен, чем он, я старше его, я создан более могущественным. Ты создал меня из огня, а его из глины». Эти слова пришлись не по вкусу Творцу. Он был обижен и рассержен, ведь слова Люцифера означали, что он не желал почитать самого Творца, отказываясь восхищаться Его творением. Это ударило по самолюбию Творца, не терпевшего рядом с собой других богов…

 

Анна-Мария никогда не говорила в таком духе с дочерью, если дома был Коль. Потому что Коль был ревностным католиком, и его религиозные чувства уважали и Анна-Мария, и Сага, они считали это привлекательной стороной его натуры. Несмотря на то, что сама Анна-Мария каждое воскресенье ходила в церковь и молилась Богу в свои одинокие часы, ко многим его поступкам она относилась с недоверием.

 

— Поэтому Господь сказал Люциферу, — продолжала она: — «Твое высокомерие и твое непослушание послужат тебе горьким уроком. Отныне я лишаю тебя всех твоих благ». С этими словами Господь низверг Люцифера в преисподнюю.

 

— Вот оно что… — медленно произнесла Сага. — Теперь я понимаю!

 

— Да, и Люцифер стал Сатаной. Харит из Корана стал Иблисом — обрати внимание на это последнее имя: Иблис — Дьявол!

 

— Да, да, — кивнула Сага.

 

— Это главная легенда о Люцифере. Но есть еще масса легенд и саг о нем. О том, как его прекрасная внешность постепенно изменялась, пока не стала совершенно отвратительной. На протяжении веков художников вдохновляло описание восточных демонов, и они изображали их физиономии в самом жутком виде. Его же самого пытались изобразить как можно более страшным, и тут уж фантазии не было предела.

 

— Значит, христианство многое заимствовало от других религий?

 

— Все религии заимствовали что-то друг у друга. Взять, к примеру, легенду о грехопадении! Она есть в эпосе шумеров и вавилонян о Гильгамеше, там это трактуется как подлинное историческое событие. Потому эту легенду позаимствовал Завет и присвоил себе. И в новом варианте Утнапишти стал Ноем.

 

— Это была противоположность Люциферу! — сдержанно улыбнувшись, сказала Сага.

 

— Да, Люцифер стал силой зла как в христианстве, так и в исламе. И люди не замедлили свалить все свои грехи на него.

 

— Вот именно, — сердито произнесла Сага.

 

— Большую путаницу внес Ветхий Завет, назвав падшего царя Вавилона Утренней Звездой, что по-латыни означает Люцифер. Народ Израиля имел обыкновение называть своих врагов Люцифером, которого их бог Яхве должен низвергнуть в преисподнюю. Это было вполне понятное умонастроение, когда власть врагов превышала их собственную. Но речь шла сугубо об их земных врагах, и это вряд ли имело отношение к самому первому Люциферу.




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Enter the text from the image below